Украинская авантюра, часть 3. Одесса.
Aug. 1st, 2010 11:14 pmА потом мы приехали в Одессу и влюбились по самые уши. Влюбились в этот город, в этих людей, в это небо...
Повторюсь, но мы до сих пор не понимаем, почему Питер не выстроен там.
Где море глубокое (не как на Финзаливе, где надо идти полчаса по колено в воде, чтобы уже выкупаться), где весь автобус начинает объяснять приезжим, где им лучше выйти (как раньше в Питере), где так же тепло, но не так жарко и можно дышать (опять отличие).
И где, в отличии от Киева, говорят практически исключительно на русском языке, правда, с очень забавным акцентом. И опупительными интонациями.
Где первым потрясением стал старый трамвай с босяком, едущим на "колбасе".

Где дворцы (Опера за несколько часов до одесского кинофестиваля, куда по причине сломанной ноги не поехал Депардье (сам себе злобный буратино))

соседствуют с милыми старыми домами на Ришельевской, с её смыкающимися над головой платанами,

и просто двориками.

Где Дюк всё так же стоит над лестницей,

внизу которой показывают "Броненосец Потёмкин". Лестница сверху кажется небольшой, "нас в фильмах обманывали". Пересчитав все её 192 ступени снизу вверх могу сказать - это оптический эффект, создаваемый площадками. Лестница именно такая большая.


Где до сих пор ощущается необыкновенный сплав великих культур.
Пойду спать, пока не впала совсем в дикий пафос и не зарыдала от разлуки с этим городом.
PS Первым делом по возвращении нашли в закромах "Ликвидацию", "Дежа вю" и "Зелёный фургон". Чтобы смотреть и чувствовать опять это место, это солнце и вообще всё вот это.
Повторюсь, но мы до сих пор не понимаем, почему Питер не выстроен там.
Где море глубокое (не как на Финзаливе, где надо идти полчаса по колено в воде, чтобы уже выкупаться), где весь автобус начинает объяснять приезжим, где им лучше выйти (как раньше в Питере), где так же тепло, но не так жарко и можно дышать (опять отличие).
И где, в отличии от Киева, говорят практически исключительно на русском языке, правда, с очень забавным акцентом. И опупительными интонациями.
Где первым потрясением стал старый трамвай с босяком, едущим на "колбасе".

Где дворцы (Опера за несколько часов до одесского кинофестиваля, куда по причине сломанной ноги не поехал Депардье (сам себе злобный буратино))

соседствуют с милыми старыми домами на Ришельевской, с её смыкающимися над головой платанами,

и просто двориками.

Где Дюк всё так же стоит над лестницей,

внизу которой показывают "Броненосец Потёмкин". Лестница сверху кажется небольшой, "нас в фильмах обманывали". Пересчитав все её 192 ступени снизу вверх могу сказать - это оптический эффект, создаваемый площадками. Лестница именно такая большая.


Где до сих пор ощущается необыкновенный сплав великих культур.
Пойду спать, пока не впала совсем в дикий пафос и не зарыдала от разлуки с этим городом.
PS Первым делом по возвращении нашли в закромах "Ликвидацию", "Дежа вю" и "Зелёный фургон". Чтобы смотреть и чувствовать опять это место, это солнце и вообще всё вот это.